Sattā

В сердцевине адвайта-веданты, философии недвойственности, лежит радикальное переосмысление самого понятия существования. Термин sattā (санскр. सत्ता), происходящий от корня as (быть), обозначает не просто факт наличия чего-либо, но чистое, необусловленное, абсолютное Бытие. Это не абстрактное понятие, а живая, самосветящаяся Реальность (Sat), которая является субстратом, источником и сущностью всего кажущегося многообразия.

Фундаментальный принцип существования в адвайте

В отличие от относительного существования (bhāva) объектов мира — преходящего, зависимого и ограниченного — sattā есть вечное, непрерывное, самодостаточное присутствие. Адвайта утверждает, что всё, что мы воспринимаем как существующее — от грубых физических форм до тончайших мыслей, — заимствует свою кажущуюся реальность именно у этой единой sattā. Подобно тому как бесчисленные волны не имеют самостоятельной субстанции помимо океана, все имена и формы (nāma-rūpa) не обладают реальностью, отличной от Брахмана, который и есть сама sattā.

Здесь адвайта вступает в тонкий диалог с другими даршанами. Например, школа Ньяя-Вайшешика рассматривала sattā как высший универсальный род (jāti), общее свойство, присущее всем субстанциям, качествам и действиям. Однако для Шанкары и его последователей такой взгляд неприемлем, ибо он предполагает различие между универсалией (sattā) и её носителями, а также внутреннюю сложность внутри самой sattā. Как отмечается в исторических дискуссиях, даже такой мыслитель, как Мандана Мишра, на время отождествивший Брахман с sattā как универсалией, позже отозвал это утверждение как метафорическое, а его ученик Сурешвара прямо отверг такой подход, видя в нём угрозу абсолютной недвойственности (advaita).

Для адвайты sattā — это не свойство, а сама Сущность. Она не «имеет» существование — она есть Существование-Сознание-Блаженство (Sacchidānanda). Мир не существует наряду с ней; он существует в ней и как она, хотя и в искажённой, наложенной форме (adhyāsa). Задача духовного искателя (mumukṣu) — через слушание (śravaṇa), размышление (manana) и созерцание (nididhyāsana) отбросить ложные отождествления с преходящими именами-формами и прямо осознать (prajñā) себя как эту неизменную sattā. В этом прямом знании исчезает иллюзия отделённости, и индивидуальная душа (jīva) понимает, что она никогда не была ничем иным, кроме как Брахманом (Brahmaiva satyam).